TOP

До недавнего времени первым летчиком из числа народов Северного Кавказа считался уроженец Ингушетии Рашид Чахович Ахриев (1895-1942). Однако несколько лет назад стало известно, что осетин Джамбулат Батигреевич Кануков (1875-1919) был полковником авиации ещё при царе. Во времена Гражданской войны он был одним из организаторов ВВС Западно-Украинской Народной Республики. Погиб на польском фронте, одержав 9 из 16 побед авиации ЗУНР в войне против Польши (по воспоминаниям генерала Мирона Тарнавского).

Джамбулат Кануков – первый летчик-осетин

Автор: Феликс Киреев

Рассказывая о наших земляках-летчиках, обычно вспоминают славных асов, героев Великой Отечественной войны – Алексея Остаева, Василия Коняхина, Сергея Бицаева, Ибрагима Дзусова, а также Эльдара Цоколаева, Виктора Агузарова, Виктора Васенкова и многих других. Углубляясь в историю, могут еще вспомнить Артема Кициана, первого летчика, нашего земляка из Владикавказа.

Но ведь были и другие летчики-уроженцы Осетии, в том числе осетины, которые успешно летали в начале XX века, в годы Первой мировой и Гражданской войн.

На сегодняшний день пока трудно с окончательной уверенностью сказать, кто из осетин первым поднялся в небо – архивы хранят еще много нераскрытых тайн. Но вполне вероятно, что это Джамбулат Кануков. По крайне мере, он – первый осетин, который возглавил авиаполк.

Кanukov-5

Джамбулат Батгиреевич Кануков родился в 1875 году. Происходил он из знатного рода, был хорошо образован, с прекрасными манерами, за что в дальнейшем его нередко именовали князем.

Когда началась Первая мировая война, Кануков как настоящий патриот своей Отчизны отправился добровольцем на фронт и был зачислен в 22-й пехотный Нижегородский полк, где за боевые отличия был произведен в офицеры. Но пехотная служба тяготила деятельную натуру Джамбулата. Он с завистью смотрел в небо, где периодически пролетали еще несовершенные аэропланы. Ему хотелось так же парить в воздухе.

В 1915 году Кануков уговорил начальство отпустить его в авиацию, которая только образовывалась как новый род войск. 25 июня он был переведен наблюдателем в 17-й Корпусной авиаотряд.

С 17 октября 1915 по 7 августа 1916 года Джамбулат Батгиреевич обучался в военной авиационной школе. В одном из учебных полетов, 8 июня, он потерпел аварию, но остался жив и, успешно окончив школу, получил звание «военный летчик». С этого времени он был прикомандирован к 14-му Корпусному авиаотряду.

Кануков оказался весьма талантливым, успешным летчиком, заслужил несколько боевых орденов и быстро продвинулся по службе. 24 марта 1917 года он был назначен командиром 30-го Корпусного авиаотряда.

К концу 1917 года российская армия под влиянием большевистской пропаганды начала разваливаться и к началу 1918 года большинство армейских частей уже почти не существовали. Развал коснулся и военной авиации, которую с таким трудом создавали. Джамбулат Кануков оказался на Украине, где закончил существование его авиаотряд, который он до последнего пытался сохранить. К этому времени Украина стала независимой и начала создавать свои вооруженные силы, в том числе и авиацию.

В ноябре 1918 г. при формировании Украинской Галицкой армии (УГА) был создан «летунский отдел». Его возглавил сын выдающегося украинского поэта и писателя Ивана Франко Петр Франко, который окончил Сараевскую летную школу и ранее служил в Австро-Венгерской армии. Командиром 1-го летунского отряда стал полковник Борис Губер. В декабре 1918 года, в этот авиаотряд в чине полковника поступил Джамбулат Кануков, который стал командиром 1-й летунской сотни. Вместе с ним здесь начал служить и его младший брат хорунжий Хасбулат Кануков.

Украинский авиаотряд, имея в своем составе около двадцати самолетов типа «Ньюпор», «Альбатрос», «Фарман», «Даймлер», принимал активное участие в боевых действиях против польских войск, являвшихся, в то время, главным противником вооруженных сил Украины. В течение 1919 г. летчики неоднократно вступали в бой. Им приходилось выполнять разнообразные задания, в том числе и такие уникальные для авиации тех лет, как разрушение моста через реку Сан у Перемышля.

Молодая авиация Украины очень нуждалась в таких опытных специалистах, как полковник Кануков. Он был прекрасным летчиком, отличным организатором, заставлял летчиков сотни осваивать разнообразную технику. Полковник умел отличать тип самолета на слух, по звуку двигателя, при этом был человеком веселого нрава, что весьма импонировало молодым авиаторам.

Вскоре украинская авиация расширилась, авиаотряд полковника Губера стал полком, летчики все больше набирались опыта, но потери они несли не только в небе.

ло

Летуны 1-й сотни, январь 1919г. Полковник Кануков – второй справа, четвертая справа – его жена Евгения.

Трагический случай имел место 5 февраля 1919 года. В этот день полковник Губер проводил занятие с воздушными наблюдателями по ознакомлению с конструкцией авиабомб немецкого образца. В ходе занятия боеприпас взорвался прямо в руках Губера. Погибли восемь офицеров – сам преподаватель и семь курсантов, в их числе хорунжий Хасбулат Кануков.

После гибели Губера полк возглавил Джамбулат Кануков. Увы, во главе полка он пробыл недолго.

15 мая 1919 года полковник Кануков погиб в авиакатастрофе возле села Озерна рядом с Тернополем. Во время полета по поиску площадки для размещения нового аэродрома авиаполка его самолет неожиданно начал падать с высоты 500 метров и разбился. Вместе с ним погибли два механика. Как выяснилось, Кануков погиб в результате диверсии другого летчика – австрийца Кубиша, которого подозревали в симпатиях к коммунистам. Он-то и засыпал в мотор самолета металлическую стружку. Виновник происшествия пытался бежать на своем самолете, но сотник Евский догнал его и сбил.

i_052

Остатки самолета «Фарман»-30, на котором разбился Джамбулат Кануков возле села Озерная.

Так вдали от родины окончилась жизнь славного летчика, героя Первой мировой войны. В Осетии его судьба неизвестна, а вот на Украине имя Джамбулата Канукова почитается в числе основателей военной авиации независимого государства.

Думается, что мы еще узнаем и другие славные имена наших земляков-летчиков, сражавшихся в небе Первой мировой войны, ныне тоже забытой. Они этого достойны.

Источник

«Zilaxar»: «Осторожное предположение Феликса Киреева о том, что Кануков может оказаться не первым летчиков из осетин не было лишено основания. Недавно, благодаря исследователю Егору Бакаеву в Осетии узнали о кубанском казак-осетины Николае Владимировиче Кокаеве, который может потягаться с Кануковым за „звание“ первого асса-кавказца.

Вот, что Бакаев он пишет о Канукове: „В 1912 г. офицерские курсы авиации и воздухоплавания закончил Кокаев Николай Владимирович. Старший сын атамана станицы Бесскорбной Кубанского казачьего войска. О его отце известно вот что: «Осенью 1892 года в станицу прибыл участник русско-турецкой войны 1876-1877 гг. (1877-1878 гг. – прим. Е.Б.) есаул Владимир Артемьевич Кокаев. Казак, по национальности осетин, лихой кавалерист, образованный офицер, он сразу привлек внимание станичников. По предложению почетных стариков сход казаков избрал его атаманом.

В.А.Кокаев старался благоустроить станицу, облегчить быт станичников. Женщинам было трудно носить на коромыслах воду домой из Урупа, особенно в дождливую погоду по глинистой круче. По инициативе атамана построили гравийную дорогу.

Также по его почину в центре станицы на добровольные пожертвования казаков был возведен памятник в честь 200-летия Кубанского казачьего войска. Памятник был торжественно открыт при большом станичном сходе 9 сентября 1896 году“. 

Могу заключить, что Кокаев Н.В. может считаться одним из первых военных лётчиков осетин, одним из первых военных летчиков из состава Кубанского казачьего войска (наряду со знаменитыми В.М. Ткачёвым)».

Бесскорбненский казак – покоритель русского неба

12 августа (2012 г. – «Zilaxar») наша страна торжественно отметила государственный праздник – 100-летие национальных Военно-воздушных сил. В этот день, 100 лет назад, император Николай II, высочайшим указом ввел в действие штат воздухоплавательной части Главного управления Генерального штаба. За свои 100 лет авиация России стала поистине легендарной. Неожиданным фактом векового авиационного юбилея стало то, что важную роль в создании и развитии ВВС России сыграли сыны казачества. Неумолимые факты показывают, что казаки стали вторыми после дворянского сословия в списках личного состава ВВС страны к 1917 году. К чести и славе казачества в этом числе первых покорителей русского неба казаки-кубанцы занимают самое достойное место.

Казачьи историки пока еще не сошлись точно во мнении, кто же стал первым «летчиком в папахе». На Кубани первым казачьим ассом общепринято считать Вячеслава Матвеевича Ткачева – казака станицы Келермесской Майкопского отдела Кубанской области, георгиевского кавалера, генерал-майора авиации. Путь в авиацию, тогда еще сотник, Ткачев начал в 1911 году с авиашколы Одесского аэроклуба. В начале сентября 1912 года Ткачев поступает в Севастопольскую офицерскую школу авиации. После трех месяцев обучения в декабре того же года сдает выпускные экзамены на звание военного летчика. И вот здесь обнаруживаются поразительные факты: в это время в этой же самой школе авиации учился и другой наш земляк — казак ст.Бесскорбной, штабс-капитан Николай Владимирович Кокаев! Старший сын Владимира Артемьевича Кокаева — атамана ст. Бесскорбной в 1893-1899 г.г.

ссс

Н.В. Кокаев (1908-1910 г.г.), фото из музея им. П.Я. Штанько ст. Бесскорбной

Достоверных сведений о нем пока очень мало. Известно, что до Севастополя, в 1912 году, Николай Кокаев проходит основательную подготовку в Санкт-Петербурге на только что открывшихся Офицерских теоретических курсах авиации и воздухоплавания им. В.В. Захарова при Политехническом институте (в честь гражданина Франции русского происхождения, пожертвовавшего крупную сумму денег на развитие авиации на родине своих предков). Кокаев был в первом выпуске этих курсов.

Политехнический институт сыграл важную роль в подготовке кадров для отечественной авиации. Курсы по праву стали первой высшей авиационной школой в России. В числе преподавателей курсов были организатор аэрологических исследований в России В.В. Кузнецов, профессор А.П. Фан-дер-Флит, ученый с мировой известностью, построивший в 1922 г. в США первый экспериментальный вертолет, Г.А. Ботезат, командующий воздушной эскадрой генерал В. Ф. Найденов, авиаконструктор А. А. Лебедев. Эти преподаватели создали первые отечественные учебники и руководства по конструкции летательных аппаратов, аэродинамике и динамике полета. К преподаванию привлекались известные летчики И.И. Сикорский, В.И. Ярковский. Среди выпускников курсов в разное время были авиаконструкторы Н.Н. Поликарпов, О.К. Антонов, Г.М. Бериев, П.А. Шишков, А.Н. Прокофьев-Северский, С.А. Кочерыгин, стратонавт К.Д. Годунов, генерал В.Л. Покровский.

После Санкт-Петербурга Николай Кокаев делает очередной шаг к своей цели — в числе лучших 27 офицеров зачисляется в Севастопольскую офицерскую школу авиации. Это первое в России специализированное учебное заведение, занимавшееся подготовкой военных летчиков. И в конце 1912 года наш земляк успешно ее заканчивает, получает «бреве» — так тогда называлось удостоверение военного летчика. «Однокашниками» Кокаева были такие легендарные летчики как Е.Е.Грузинов, подвиг которого повторил потом Н.Гастелло в 1941 году, В.К. Шимкевич — участник Ледяного похода, Бойно- С.А Родзевич — начальник Воздушного флота армии адмирала А.В. Колчака, М.И. Усов — создатель и начальник Донской казачьей авиации в 1918-1919 гг.

После окончания авиашколы Кокаев приезжает в Киев, где формировались тогда 3-я авиарота – одна из первых русских авиационных частей, в 9-й корпусный авиаотряд пилотом. Виктор Георгиевич Соколов, «однокашник» Кокаева, в своих «Воспоминаниях старого летчика» пишет: «Мы, военные летчики, окончившие Севастопольскую авиационную школу и получившие назначение в Киев, прибыли туда зимой 1912 года. В конце января и весь февраль месяц 1913 года мы были заняты оборудованием аэродрома на западной окраине Киева, около полустанка Святошино. Затем мы собирали самолеты, и к середине марта они закружились над аэродромом». В воспоминаниях Соколова есть и точная дата начала учебы в Севастопольской авиашколе — 1 марта 1912 года. Известно также, что сотник Ткачев сдал экзамен на звание «военного летчика» 17.12.1912 г.( В.М. Ткачев «Крылья России») и если учитывать, что срок обучения в школе летчиков был в среднем 4-5 месяцев, получается невероятное: Кокаев первый из кубанцев, который получил «бреве»!

В Центральном государственном архиве кинофотодокументов Санкт-Петербурга сохранилось несколько фотографий первого выпуска курсов, сделанных знаменитым тогда фотографом Карлом Буллой. Группа курсантов 1-го выпуска с командующим и преподавательским составом курсов. Внизу крайний справа – Николай Кокаев.

В Центральном государственном архиве кинофотодокументов Санкт-Петербурга сохранилось несколько фотографий первого выпуска курсов, сделанных знаменитым тогда фотографом Карлом Буллой. Группа курсантов 1-го выпуска с командующим и преподавательским составом курсов. Внизу крайний справа – Николай Кокаев.

В октябре 1913 года Николай Кокаев принимает участие в беспримерном групповом перелете из Киева через Одессу и Тамань в Екатеринодар. Судьба тогда улыбнулась Ткачеву — он прилетел первым, и все лавры достались ему. Кокаев из-за поломки самолета и неблагоприятных погодных условий прибыл вторым. Героев-земляков чествовала тогда вся Кубань.

В Киеве Николай Кокаев пересекается с другим прославленным летчиком, основателем высшего пилотажа, Петром Нестеровым. 27 августа 1913 года Николай Кокаев вместе с несколькими пилотами выступают свидетелями при исполнении Петром Нестеровым своей знаменитой «мертвой петли». Сохранилась телеграмма, посланная царю, на которой есть подпись Кокаева: «Сегодня в шесть часов вечера военный летчик 3-й авиационной роты поручик Нестеров в присутствии врача и посторонней публики сделал на «Ньюпоре» на высоте 600 метров «мертвую петлю», то есть описал полный круг в вертикальной плоскости, после чего спланировал к ангарам». И подписи: «Военные летчики: Есипов, Абашидзе, Макаров, Орлов, Яблонский, Какаев, Мальчевский, врач Морозов, офицеры: Родин и Радкович».

Накануне войны Кокаев был переведен в 5-ю авиароту г. Бронницы Московской губернии уже командиром 13-го корпусного авиаотряда. Назначение на такую должность может говорить только об исключительном даровании и мастерстве Николая. С началом войны 1914 года 13-й корпусный авиаотряд причисляется к 2-й армии генерала А.В. Самсонова. Отряд имел на вооружении пять самолетов «Ньюпор-4», шесть пилотов-офицеров, 46 человек нижних чинов.

Во время Восточно-Прусской операции в августе-сентябре 1914 года 2-я армия была почти полностью разбита. Только пленными в этой операции армия потеряла до 80 тысяч человек. В результате неудачных боев пострадали и те авиационные части, которые были даны для работы корпусам, а 13-й корпусный авиаотряд целиком попал в руки противника.

Сохранился богатый материал, который наглядно иллюстрирует работу той русской фронтовой авиации. Боевую работу авиаторы начали уже в период развертывания войск, и с 1 августа их донесения стали использоваться штабом армии. Только за август авиаотряды 2-й армии совершили более 80 боевых вылетов. Однако высшее командование весьма скептически относилось к воздушной разведке, предпочитая ей традиционные средства, например армейскую конницу. Оценка работы авиации 2-й армии приводит к определенным выводам: авиация вполне справлялась с поставленными ей задачами и своими разведками дала командованию исчерпывающий материал для успешного ведения операции, вины со стороны авиации в столь тяжелой катастрофе определенно нет. (Из воспоминаний о работе авиации в Самсоновской операции Л. Чехутов. Вестник Воздушного Флота №12, декабрь 1924 г.).

Дальнейшая судьба Николая Кокаева после этого момента, увы, не прослеживается. Его брат Евгений Владимирович утверждает в своих записках, так называемых «тетрадях Кокаева», хранящихся в Армавирском музее, что Николая расстреляли белогвардейцы за попытку перелета к большевикам. Но, учитывая, что эти воспоминания, на наш взгляд, не совсем истина, а больше компромисс, поэтому это спорно, да и слова не подтверждены ничем, кроме самого автора. В Гражданскую войну летчиков было еще не так много: летный состав ВВС России на 1 июня 1917 г. насчитывал без морской авиации всего 775 военных летчиков. Их имена доподлинно известны с обеих сторон. Были переходы, а правильнее, наверное, сказать – перелеты, и к красным, и наоборот. Но Николай Кокаев не встречается в этих документах. Жаль, конечно, но видимо плен перечеркнул дальнейший путь «бесскорбненского орла» в истории казачьей авиации.

ччвыв

До сегодняшнего дня мы совсем не знали истинных фактов из истории летного дела. Особенно это касалось героев неба забытой Первой мировой. Официально называлось три-пять имен, канонизированных советской историографией. Как правило, это были летчики, погибшие в схватках в небе и не успевшие запятнать себя контрреволюционной деятельностью. Классовый подход к истории исказил реальное развитие событий, предал забвению имена национальных героев. Прошлое Николая Кокаева действительно весьма интересно и на его примере в очередной раз доказывает, что казачество – это не только «пики-шашки». Казаки всегда были в авангарде развития и применения новых средств вооруженной борьбы. Не осталась в стороне у казаков и авиация!

Приведенный материал, безусловно, не может претендовать на полноту изложения. Есть еще очень много вопросов, ответы на которые нам пока не известны, но даже эти небольшие штрихи дают повод для заслуженной гордости бесскорбненцев за своего земляка. Поиски истории судьбы Николая Кокаева продолжатся, и хочется верить, что один из первых казачьих летчиков не исчез в вихрях Первой мировой и Гражданской войн, и имя его займет заслуженное место в истории Родины.

Источник


Поддержать проект



Подпишись на правильные паблики