TOP

Представляем статью Дианы Валиевой — нашего нового автора, а по совместительству — первого представителя прекрасной половины человечества в нашей команде. Текст чудесный, сильный и эмоциональный, отнюдь не бесспорный, но точно не оставляющий равнодушным. 

ric0zgyzimc

Все говорят: Осетия мала…
Но этим я совсем уж не расстроен:
Она бы вправду таковой была,
Не будь хребтом поделена надвóе.

Музафер Дзасохов

Бесконечные сетования на то, что Осетия уже не та, что между Севером и Югом нет взаимопонимания, да и вообще — что у нас всё плохо, прочно вписались в осетинскую повседневность. Порой кажется, что это нытьë совершенно уместное, поэтому у многих оно уже не вызывает особых эмоций. А если парадоксально нелепые и неприемлемые идеи становятся нормальными среди большинства — впору бить тревогу. Под гнётом подобного настроения в обществе, человек неосознанно подстраивается под мнение окружающих. Особенно, если с самого детства приходится наблюдать за постоянным внутриосетинским недопониманием, незамедлительно выражающимся в оскорбительных обвинениях, обидах, а, порой, и во взаимном отказе от признания родственных связей.

Возможно, пребывая в плену сходных стереотипов, я и сама всегда считала своей родиной именно Южную Осетию. На Севере я бывала часто, но никогда не чувствовала себя там как дома, не испытывала ни тёплых чувств, ни особой любви к северной живописной природе, старым зданиям и великолепным памятникам. К тому же, на моём пути обыкновенно встречались какие-то неправильные северяне. Один, например, совершенно серьёзно уточнял, какое всё-таки море омывает южноосетинские берега, другой, узнав о моём происхождении, «угадал», что я с Севера, аргументируя свое „открытие” тем, что «на Юге живут неотëсанные дикари». Подобные случаи, к сожалению, только оправдывали неприязнь, о которой так много вокруг меня рассуждали.

Со временем, когда я начала интересоваться историей, мне долго оставалось непонятным, как у совершенно разных «народов» может быть одно прошлое. Я настолько привыкла к одностороннему и узкому восприятию Осетии, что мне сложно было принять — кто-то ещё также боготворит Коста Хетагурова, читает Васо Абаева и танцует симд. Очередной открытый факт нашей истории вселял в меня кучу сомнений и порождал столько же вопросов. Однако в то же время, я читала художественные произведения североосетинских авторов, и в каждой строке видела свою Осетию. В литературе не существовало границы между двумя частями народа, а давно почившие писатели, с их придуманными героями, были частью моей Родины. Северяне же, которые то и дело снисходительно оборачивались вслед, заслышав «южанскую» речь, оставались совершенно чужими и далёкими. Умом я понимала всю нелепость и недопустимость отношений, сложившихся между двумя половинами одного целого, пыталась найти что-то родное и близкое в северных «современных братьях». К сожалению, попытки оборачивались обидными разочарованиями. К тому же, яркие, бросающиеся в глаза баннеры с рекламой грузинских курортов и очень вкусной воды, вкупе со скандальными приглашениями всяческих танцевальных ансамблей, в конце концов, отбили всё желание эти попытки принимать. Конечно, неправильно судить о большинстве по отдельным представителям, но масштабы «неприветливой» стороны Северной Осетии были слишком велики, чтобы моё мнение невольно не распространилось на всех.

Всё было так до недавнего времени, до того, как я поняла, что в жизни мне встречались всего лишь не те люди. Как-то, гуляя по просторам Оснета, я случайно наткнулась на выступление ансамбля «Къона». Горячо любимые мной мотивы мелодично разливались в звучании старинных инструментов, и музыка, подражая литературе, беспощадно уничтожала неуместные границы. Странно, что у меня не возникло никакого диссонанса — я с первого звучания почти физически почувствовала всеобъемлющее тепло, которое исходило от совершенно незнакомых людей по ту сторону экрана. И это было чудесно. Чуть позже мне удалось попасть на их выступление в Цхинвале, я заворожённо смотрела на сцену и думала о том, что это были те самые осетины, о которых я читала в книгах. Так и оказалось, с первых минут знакомства сложилось ощущение разговора со старыми хорошими друзьями. Не было никакого дискомфорта от немного непривычного говора и разница перестала иметь хоть какое-то значение.

Я осознала тогда, что всё это время упускала нечто очень важное. Например, я никогда не была в настоящем Владикавказе. Не замечала необыкновенную архитектуру, не прикасалась к холодному камню многочисленных памятников, не любовалась картинами в музее Туганова, не вглядывалась в бушующие волны Терека. Как можно полюбить город, который ты совершенно не знаешь? Владикавказ — это куда больше и глубже, чем «городские осетины», многочисленные торговые центры и глупые навязанные стереотипы. Я словно впервые гуляла по старому городу. Друг рассказывал мне о памятниках, вековых зданиях, приводил интересные истории из жизни северной столицы, а я всё никак не могла понять, как так получилось, что на протяжении стольких лет я ни разу не видела настоящий родной Владикавказ…

Потом я попала в «Портал». Красоту и счастье, привносимые его обитателями в осетинский мир переоценить трудно. О «Портале», наверное, написали уже все, кому не лень, потому что о таких явлениях действительно хочется рассказывать каждому встречному, поэтому, пожалуй, не буду утомлять читателя, и в очередной раз расписывать огромное значение миссии, которую взвалили на себя ребята из-за стен «творческого гетто». Хотя, не стану лукавить, очень хочется. Дело в том, что я слышала я о «Портале» давно и часто, но попасть туда удалось всего лишь раз. Каюсь, но именно тогда, впервые в жизни, я со всей полнотой ощутила себя частью единого осетинского народа. Не просто каким-то условным «потомком великих скифов и алан», а человеком, окруженным своими. Современные, обычные (ли?) осетины прекрасны сами по себе, вне ассоциаций с прославленными предками и внушительным прошлым.

В тот день в арт-пространстве выступала южанка Инна Гучмазова, и мы небольшой командой приехали её поддержать. Вокруг раздавались разные голоса: многоцветье говоров и  диалектов нашего красивого языка слились в одну удивительно трогательную и совершенно необычайную мелодию. Я словно оказалась в параллельной вселенной, с замиранием сердца наблюдала за всем, и никак не могла поверить в происходящее. Повсюду царила неописуемая атмосфера дружеского семейного тепла и взаимопонимания, а я, неожиданно для себя, начала вдруг разбирать торопливую речь осетин из Турции, хотя до этого, даже письменный дигорский давался мне с трудом.

Понемногу разговоры начали затихать, всё пространство заполнилось околдовывающим голосом Инны и мелодичным звучанием её гитары. Образы осетинских поэтов воскресали в отголосках знакомых строк, а мы уже негромко подпевали бестрепетной просьбе Исидора:

«Мæ мардыл мачи кæнæд хъарæг, —
Поэт дæн, ма тæрсут мæнæн»

Чуть позже к Гучмазовой присоединилась Алла Кокион, и вся толпа вслед за Алиханом Токаевым  взлетела «хурмæ»:

«Ныр мах ыстъалыйыл лæууæм —
Цæуæм мах хурмæ.
Цæуæм, цæуæм, цæуæм…
Уæ цурмæ…»

(С тобой мы к звёздам путь найдём —
Что Солнца выше.
Идём, идём, идём…
К ним ближе…)

g1ggqzheym

Всё что происходило далее, описать словами практически невозможно, — я искренне сочувствую отсутствовавшим в тот день. Представьте себе большую комнату с приглушённым светом: перед вами, практически на расстоянии вытянутой руки, Гучмазон и Кокион в чарующих мотивах приоткрыли дверь в таинственный мир осетинской поэзии, Таму Берозти из «Къона» поёт о звёздах и лунной ночи, всё это периодически разбавляется смешными шутками присутствующих и интересными рассказами из жизни. На импровизированную сцену выходит Dzioff и сразу же «взрывает зал» легендарной рок интерпретацией стихотворения «Æрра фыййау». Вы уже орёте во весь голос знакомые с детства рифмы. Отовсюду слышна осетинская речь во всех её проявлениях, и кажется, что улыбка больше никогда не сойдёт с вашего лица.

Этот вечер стал показательным отражением идеальной Осетии. Никто не говорил громких речей, никто не напоминал чьи мы потомки, и не выявлял чудесные совпадения в этимологических теориях. Несмотря на это, ирондзинад было везде и вокруг. В этом незатейливом спонтанном сплочении отразилось всё необходимое для величия народа. В нашем настоящем есть то, чем можно и нужно гордиться.

Культура рушит все границы: в мотивах народной музыки, в звучании старинных инструментов, мы чувствуем ритмы своей родной земли, а от героических напевов по нашей коже бегут мурашки. Это и есть наша национальная идентичность. Но никакая идентичность не устоит, если произойдёт размывание культурных отношений. Культура призвана возродить дух народа и объединить души его представителей в достижении заветной цели – не потерять себя, свое национальное «Мы».

***

Питирим Сорокин писал, что культура — не просто конгломерат сосуществующих разнообразных явлений, никак не связанных друг с другом. Культура — это единство, все части которого пронизаны одним основополагающим принципом, они выражают одну, и главную, ценность. Именно эта ценность служит основой и фундаментом всякой культуры. Доминирующие ценности одного народа охватывают всю духовную жизнь, придавая ей уникальность и особую индивидуальность среди многообразия остальных культурных образований. Исходя из этого, Сорокин ввёл понятие «культурный менталитет», охватывающее ценности и значения, отдельные образы, чувства, идеи, мечты, стремления и так далее. Это своеобразная этническая индивидуальность, которая предполагает связь человека с его историческим прошлым, выделяет идею «корней».

Так сложилось, что в условиях исторических перемен, наша национальная идентичность перетерпела изменения и определённые трансформации. При поверхностном взгляде на культурный менталитет осетинского народа, особенно при рассмотрении повседневных поведенческих признаков, различия, которые предстают перед нами, могут показаться непреодолимыми. С другой стороны, эта разница представляет собой определённую ступень роста национального самосознания, ведь основная идея всё ещё жива, а отдельные особенности менталитета в основе этой идеи, напротив, делают культуру интересней и выразительней. Все великие культуры подвергались изменениям, переживали кризисные состояния и буквально возрождались из пепла – это необходимый этап в жизнедеятельности социальных явлений.

На Осетию за два десятилетия обрушилось много горя, мы периодически тонули в трагедиях. Наблюдали за угасанием своей культуры, выжившей, однако, вопреки всему в редких стихотворениях непризнанных поэтов, в рассказах непопулярных авторов и в звучании древних инструментов.

Культура Осетии может быть обречена на шпенглеровскую смерть и молчаливое забвение, или, после мнимой агонии, возродиться новой формой для высвобождения потаённых созидательных сил, как у Сорокина. Для того чтобы наша культура возродилась, нет необходимости бездумно копировать древние образцы, нам нужно создавать её лучший вариант, включая самое прекрасное из предлагаемого современностью.

Из всего разнообразия определений культуры, по моему мнению, наиболее точно подходит рассмотрение культуры как всего социально-значимого исторического опыта человека. Поэтому на основе символов прошлого (легенд, сказаний, святынь, мифологических героев и реальных исторических персонажей, событий и пр.) мы должны сотворить что-то совершенно уникальное, необычайное и потрясающее. Не стоит бояться того, что в попытках создать «новое», исчезнет наша индивидуальность. Этническая уникальность не исчезает так просто, она подвергается изменениям, и это обычный исторический процесс.

Разрисовывайте настрадавшиеся серые фасады зданий в Цхинвале, читайте стихи, пойте их в любых интерпретациях от блюза до рока, наплюйте на политику и навязанные стереотипы, встречайтесь, общайтесь, дружите! На культурной основе, мы по кирпичикам построим крепкий мост, который никто никогда больше не сможет разрушить.

3072972

(фото sputnik-ossetia.ru)

И если вы от какого-либо осетина услышите, что на юге или севере живут какие-то «неправильные соплеменники», не обижайтесь, а просто берите его за шкирку, тащите в братскую республику, завалите книгами по истории, поделитесь своими мыслями, и стена непонимания обязательно падёт.

Наша Родина куда внушительнее, обширнее и интереснее, чем мы себе представляем. Нельзя игнорировать огромный пласт Осетии и загонять себя в выдуманные рамки. Как можно прожить всю жизнь во Владикавказе и ни разу не побывать в Южной Осетии? Или, приезжая во Владикавказ, любоваться лишь торговыми центрами и всякими развлекательными заведениями? Прогуляйтесь по городу, зайдите в осетинскую церковь, вспомните почивших гениев, посетите тот же «Портал» и окунитесь в творческую атмосферу. Приезжайте в Цхинвал, я сама вам с радостью устрою экскурсию и познакомлю с поистине волшебными местами.

Не ограничивайте свой кругозор, открывайте новые стороны большого осетинского мира. Нас слишком мало, чтобы позволять себе переживать о малом. Мы – большая семья, поэтому пора уже смуте нашей культуры кануть в небытие, пришло время возводить мосты и учиться жить дружной и крепкой нацией.

 


Поддержать проект



Подпишись на правильные паблики